Валерий Тиньков: домодедовский милиционер, командир подмосковного ОМОНа, Герой России

30 янв. 2017 г., 19:00

Просмотры: 1808


70 лет Домодедово: Люди города. Имя героя навсегда вписано золотыми буквами в историю Домодедово и всей России. Герой России, майор милиции Валерий Тиньков сложил свою голову в одном из кровопролитных боев во время первой чеченской войны

Мемориальная доска с его именем была установлена накануне Дня полиции в Домодедовском УВД, где он начинал свою профессиональную карьеру и откуда начался его путь в бессмертие.

Безумные девяностые

Становление Валерия Тинькова как профессионала проходило в «ревущие 90­е» – бурные, безумные, кровавые, беспутные. Страна трещала под железной пятой олигархов и сорвавшегося с цепи криминалитета. В Москве и Подмосковье криминал выплескивался из берегов. Бандиты не только обдирали местных предпринимателей как липку, но и периодически расстреливали, убивали, топили, взрывали друг друга. Не проходило недели, чтобы в окрестностях Домодедово местные жители не находили очередной свежепривезенный труп. Весной их называли «подснежниками». Сводки газет пестрели сообщениями об очередном резонансном убийстве.

К тому времени Валерий Анатольевич прошел в Домодедово все этапы профессиональной карьеры – был милиционером, инспектором угрозыска, оперуполномоченным. По словам сослуживцев, молодого опера всегда отличали высокие бойцовские качества – он был отличным рукопашником, прекрасно стрелял из табельного оружия. Областное милицейское начальство быстро подметило толкового оперуполномоченного. Тинькова перевели работать в областной Учебный центр ГУВД. Захлестнувший область криминальный беспредел сподвиг областное милицейское начальство создать спецподразделение с расширенными полномочиями. Этот отряд должен был оперативно реагировать на все кровавые акции местного криминалитета и эпизодически вспыхивающие массовые беспорядки. Так в области возник отряд милиции особого назначения – легендарный ОМОН.

Конкурс в ОМОН был огромный. В отряд отбирали лучших из лучших – спортсменов­разрядников и опытных милиционеров, хорошо зарекомендовавших себя в самых критических ситуациях. Командовать отрядом должен был человек, пользующийся у бойцов безоговорочным авторитетом, – тот, за которым они пошли бы в огонь и воду. У областных милицейских кадровиков не было ни секунды сомнения по поводу этой кандидатуры. И с 1993 года бывший домодедовский оперуполномоченный Валерий Тиньков стал командовать легендарным подмосковным ОМОНом.

«Разлет попкорна» и маски-шоу в домодедовском «Чикаго»

Без дела омоновцы не сидели и дня. То тут, то там в области приходилось «гасить» бесконечные бандитские «стрелки», разборки, зачастую перетекающие в перестрелки, патрулировать автотрассы, наведываться в ночные клубы, бары, рестораны и казино, где по вечерам правила бал местная братва.

В Домодедово таким местом традиционного «отдыха» и выяснения отношений для местного криминалитета стал ресторан «Казахстан», который местные жители называли «Чикаго», а сами бандиты – «спусковым крючком». Это был центр досуга, битком набитый запретными плодами. Ресторан напоминал постоянно извергающийся вулкан. Здесь отдыхал от трудов неправедных «цвет» преступного сообщества, «аристократия» уголовного мира, совершившая в разгар 90­х головокружительный взлет из рабочих общаг в пентхаусы высшего света. Короли­львы джунглей бандитского мира, магнаты сутенеров, казначеи криминальной империи были здесь завсегдатаями.

В «Чикаго» ежедневно «забивались стрелки», выяснялись отношения между лидерами, выносились (и зачастую незамедлительно исполнялись) приговоры, вспыхивали рукопашные бои, переходящие в побоища и яростные перестрелки, сбывались с рук наркотики и оружие. Коктейли «леди Кокаин», «бетономешалка (коньяк с кокаином) разливались под столами чуть ли не ведрами. Рядовые посетители ресторана, не принадлежащие к криминальному бомонду, нередко просыпались в близлежащем леске с больной головой, раздетыми до трусов и без копейки денег. Если им везло...

Бойцы отряда Валерия Тинькова частенько наведывались в «Чикаго» – приводить в чувство распоясавшихся и «потерявших берега» подмосковных бандитов. Сами бандиты называли такие визиты «разлетом попкорна». «Только приехали в «спусковой крючок» – правильно оттянуться, как налетел ОМОН, устроил «разлет попкорна», двух наших парней «прикололи», как бабочек, и отправили полировать нары в бетонный отель», – такие жалобы нередко можно было услышать от завсегдатаев «Казахстана» в те годы.

После «разлета попкорна» бандиты порой горели жаждой мести. По словам другого бывшего начальника Домодедовского УВД, Валерия Сосновского, именно Тинькову пришла в голову идея ввести в обиход для бойцов отряда маски с прорезями для носа и глаз, скрывающие лицо омоновцев, – чтобы бандиты не могли их идентифицировать. Отсюда и пошло название «маски­шоу». До сих пор домодедовские ветераны МВД с юмором вспоминают о том, как жаловался командиру отряда один из местных бандитов на поведение омоновцев: «Я понимаю – во время «масок­шоу» меня самого под стол опрокинули, но зачем салат­то на голову было бросать?..»

«Был ранен, но из боя не вышел…»

Этот же 1993 год дал старт командировкам Тинькова в горячие точки. Первым был осетино­ингушский конфликт, где домодедовец командовал сводным отрядом подмосковной милиции. Первая командировка – и первая медаль «За отличную службу по охране общественного порядка». Как говорится в представлении к награде – «за организацию и проведение комплексных операций по пресечению диверсионной деятельности экстремистских формирований».

…А потом встала на дыбы Чечня, назвав себя свободной Ичкерией. Опьяневшие от первых военных успехов боевики после трагического новогоднего разгрома Майкопской бригады отведали крови и жаждали большей. В Чечню начальник Учебного центра ГУВД Московской области Валерий Тиньков поехал по собственному желанию, хотя вполне мог бы оставаться на престижной и относительно спокойной должности начальника подмосковного центра. Боевое крещение возглавляемый им отряд принял под Самашками.

Вспоминает бывший сослуживец Тинькова Сергей С., офицер Софринской бригады, которой был придан отряд Тинькова (Сергей до сих пор служит в Чечне, и мы, по понятным причинам, не сообщаем его фамилию):

«…Тиньков мне понравился с первых же дней. Личная храбрость у него органично сочеталась с самодисциплиной. А дисциплина в его отряде была безукоризненной. Он, как и я, считал, что точное исполнение приказов в бою зачастую важнее, чем храбрость. Некоторые его бойцы решили, как это модно было тогда в Чечне, повязывать голову платками – на пиратский манер. Он тут же пресек это дело и заставил бойцов перед операцией надевать тяжелые «сферы» – для их же безопасности. А потом нас командировали под Самашки. Штурм этого укрепрайона стал одной из самых кровавых страниц в истории обеих чеченских войн. Боевики в Самашках решили дать нам генеральное сражение. Они трудились не покладая рук – день и ночь рыли окопы, как экскаваторы, закладывали мины, управляемые фугасы, оборудовали огневые точки, возводили инженерные сооружения. Причем окопы для огневых точек копали не вдоль улиц, а в густо заросших палисадниках – для маскировки. Периодически для поднятия боевого духа исполняли на центральной площади Самашек танец боя – зикр, вгоняя себя в состояние боевого экстаза. Даже воронье почувствовало висящий в воздухе запах смерти и стало стаями кружить над Самашками. «Вы здесь получите второй Сталинград», – заявил Тинькову во время переговоров один из стариков, обжигая его ненавидящим взглядом. «Вы – тоже», – спокойно ответил майор.

Село мы решили «зачистить» ближе к вечеру. Штурмовые группы скрытно вошли каждая в свой сектор и, оказавшись на улице, оперативно развернулись в боевой порядок. Но «духи» стали заходить через дворы и огороды встык между нашими группами, провоцируя их вести огонь по своим же. В итоге Самашки стали ареной сплошных локальных стычек. Началась кровавая бойня, вокруг нас плескалось море незатухающего огня. То тут, то там гремели автоматные очереди, слышались хлопки гранат, уханье «шайтан­труб». Бой в селе длился до позднего вечера».

Здесь, в Самашках, Валерий Тиньков был в самой гуще боя. Это была его война, его судьба, его стихия. Он умело руководил бойцами своего отряда, а они без тени колебаний отправлялись за ним в самое пекло боя. Как говорится в наградном листе, «…лично поднял в атаку штурмовую группу, уничтожил гранатометчика и пулеметный расчет. Несмотря на полученное ранение (в лицо и руку), из боя не вышел…»

Проклятая Лысая гора

«А после Самашек был Бамут – самый неприступный укрепрайон боевиков, – вспоминает Сергей. – И опять мы с Валерой Тиньковым оказались вместе. Сами боевики называли село не иначе, как «неприступная крепость Бамут». Все подходы к селу, все улицы были заминированы. Огневые точки были укрыты железобетонными колпаками и перекрытиями в шесть накатов полуметровых бревен. Вся местность была пристреляна пулеметчиками и снайперами. В распоряжении боевиков на Лысой горе рядом с Бамутом оказалась целая сеть разветвленных подземных коммуникаций, ранее принадлежавших местной ракетной части стратегического назначения. Наша авиация тоннами сбрасывала на них бомбы, артиллерия лупила по горе из всех стволов, а боевики сидели в шахтах, где раньше стояли баллистические ракеты, пили кофе, курили кальян и резались в нарды. Всего на Лысой горе постоянно находилось свыше тысячи боевиков – полноценная бригада хорошо вооруженных головорезов.

Мы штурмовали Бамут несколько раз. Двенадцать бойцов отряда «Росич» навеки сомкнули тогда свои веки на этой проклятой Лысой горе. Приданный нашей бригаде отряд Тинькова и на этот раз был в самой гуще событий. В этом бою он захватил опорный пункт боевиков и взорвал склад боеприпасов. В течение пяти часов майор и его бойцы отражали атаки бандитов, обеспечивая огневой поддержкой атакующие подразделения внутренних войск. В тот раз мы так и не смогли взять Бамут. И поклялись сюда вернуться. И вернулись. Но кто же знал, что Валерия с нами тогда уже не будет…»

Западня

По словам бывшего сослуживца Тинькова Валерия Сосновского, «боевики долго охотились за командиром отряда. Они не могли простить ему ни Бамут, ни Самашки». 1 мая 1995 года сводная колонна под командованием Тинькова при въезде в Грозный попала под перекрестный огонь. Боевики действовали по «афганскому сценарию», синхронно выведя из строя первую и последнюю машину колонны. В результате колонна была заблокирована прямо на трассе. Тиньков не потерял самообладания ни на секунду. Вызвав по рации подкрепление, он грамотно организовал оборону, рассредоточив вдоль трассы бойцов отряда. В этом бою его и настигла пуля дудаевского снайпера…

За прах своих отцов, за храмы своих богов

Ради чего человек может пойти на смерть? Только ради святых вещей – детей, родителей, Отчизны. Все, кто воевал в горячих точках, знают: очень нечасто жизнь предоставляет нам возможность с достоинством и честью потерять ее. У Валерия Анатольевича такая возможность была. Он умер как воин, встретив свою смерть с открытыми глазами. Чечня, захваченная тогда кровавыми бандами, могла расколоть всю Россию. Если бы она стала суверенной Ичкерией, щупальца и метастазы сепаратизма потянулись бы дальше, на север – на Волгу, в Татарстан, Башкортостан, Якутию, Бурятию, Тыву – далее везде. От России стали бы откалываться огромные территории, что стало бы неизбежным предвестником гибели страны. Страны, создаваемой веками, поколениями, кровью, потом и великой жертвенностью таких сыновей, каким был Валерий Анатольевич.

Указом президента Российской Федерации от 21 июля 1995 года майор милиции Валерий Тиньков «за проявленные отвагу и самоотверженность при выполнении специального задания на территории Чеченской Республики посмертно удостоен звания Героя России».

Героя похоронили в городе Видное, на Расторгуевском кладбище. Его именем также названа одна из городских улиц. К могиле часто приходят ветераны чеченских войн. Здесь всегда лежат живые цветы. Их приносят и стар, и млад. Это цветы благодарности тому, кто пошел на смерть – за прах своих отцов, за храмы своих богов. Пошел для того, чтобы не прервалась наша национальная история. И чтобы само имя – Россия – не померкло.

У Валерия Анатольевича остался сын. Майор полиции Валерий Валерьевич Тиньков пошел по стопам отца. В настоящее время он – преподаватель цикла боевой и физической подготовки того же учебного центра, в котором преподавал его отец. Расположенный в Видном Центр профессиональной подготовки Главного управления МВД по Московской области носит имя Героя России Валерия Тинькова. Здесь отец с сыном встречаются практически каждый день – в холле первого этажа центра установлен бюст Героя, на фасаде здания в память о нем размещена мемориальная доска. В тех же стенах, где обучал милиционеров отец, теперь этим занимается его сын. Династия продолжается.

Игорь Моисеев
Фото из семейного архива В.А. Тинькова

Обсудить тему

Введите символы с картинки*