Домодедово

Яндекс.Погода

понедельник, 25 июня

ясно+21 °C

Онлайн трансляция

«Остаюсь ваш сын...» Неизвестный подвиг офицера на полях большой войны

23 нояб. 2016 г., 11:22

Просмотры: 1163


Подвиги бывают разные. Большие, маленькие, неизвестные. Воины Великой Отечественной войны часто даже не задумывались, что совершают подвиг, они просто воевали и выживали. А подвиг – субъект коварный, он хорош только тогда, когда о нём знают. А бывает, что и подвиг остаётся неизвестным, и судьбу героя скрывает история.

Кремлёвский курсант
Младший брат моей бабушки Николай Николаевич Лазарев прожил всего 19 лет 3 месяца и 19 дней. В детстве Николай был добрым и доверчивым ребёнком, что позволяло нашей бабушке, девочке хитрой, легко обводить его вокруг пальца. К началу войны моей бабушке исполнилось 19 лет, она лишь окончила первый курс института. Её брату Коле – 17 лет.

Бабушку эвакуировали в Алма-Ату. А брат мобилизовался в ряды Красной армии 10 августа 1942 года. Свою службу он проходил курсантом в Московском Краснознамённом пехотном училище имени Верховного Совета РСФСР (ныне Московское высшее военное командное училище). В то время в действительной армии в инженерных войсках ещё служил его отец и мой прадед Николай Иванович.

В 1941 году из числа курсантов училища был сформирован отдельный кремлёвский полк, который участвовал в обороне Москвы. В боях полк потерял больше половины личного состава, был расформирован, курсантов старших курсов направили в части действующей армии, а командный и преподавательский состав и часть курсантов снова вернулись в училище – стране были срочно нужны общевойсковые командиры. Таким командиром вскоре стал мой дед. Пройдя быструю подготовку, младший лейтенант Николай Лазарев уже зимой 1943 года отбыл в ряды действующей Красной армии и был назначен командиром стрелкового взвода, состоящим в распоряжении Военсовета Московского военного округа.



Пока жив-здоров
Перемещения его в военный период были засекречены, и семья долгое время не знала, где он. Писать было некуда, а его письма часто не доходили. Сохранились четыре письма, точнее, записки, набросанные карандашом и чёрной ручкой на обратной стороне почтовой карточки. На первой из них дата и место – 6 февраля 1942 года, город Новый Оскол (Белгородская область). Пишет Николай о вещах, к войне никакого отношения не имеющих. О том, что жив и здоров, о том, что скоро у него появится нормальный почтовый адрес, о том, что на улице тепло и трудно ходить в шинели. Заметно, что это письма молодого человека, вчерашнего мальчишки: впечатления простые и немного детские, обращение «Мама и Папа» с заглавных букв.

В конце марта он куда-то едет. В начале апреля Николай пишет из города Елец, что на 250 километров севернее Нового Оскола. Пока жив-здоров, передаёт привет всем знакомым, расстраивается, что плохо с куревом. В каждом письме привет своей старшей сестре Анне с просьбой родителям написать ей и рассказать о нём. Из писем, если сравнивать сведения в них, вообще непонятен его маршрут и целесообразность передислокаций. Создаётся ощущение, что либо названия городов писались наобум, либо перемещения были очень странными.



Последнее письмо от 16 апреля, дома его получат в начале мая. Николай пишет загадками: «Папа! Я получаю то, что и ты получал в Серпухове…» или «Ну, а пока работа случайная – если что случится». Адреса у него всё ещё нет, в конечный пункт они не добрались.

Без подробностей
В ходе зимнего наступления Красной армии и последовавшего зимне-весеннего контрнаступления Вермахта в центре советско-германского фронта образовался выступ глубиной до 150 километров и шириной до 200, обращённый в западную сторону, названный Курской дугой. В апреле на Курской дуге наступила оперативная пауза – готовилось одно из самых ключевых сражений Великой Отечественной войны.

А мой дед со своей частью колесил где-то в недалёком тылу Курской дуги, чтобы во второй половине мая оказаться в 60 километрах от Курска и в 30 от Прохоровки, где в июле состоится крупнейшее танковое сражение. А потом тишина – никаких писем. В начале июля грянула Курская битва. Какие уж там письма? Мои родственники пытались добыть хоть какие-то сведения о сыне, но только после войны в ноябре 1945-го о его судьбе стало что-то известно.



Извещение на выцветшей зелёной бумаге, небольшой бланк-квадратик со стандартно отпечатанным текстом и вписанными чернильной ручкой словами. «Ваш сын мл. лейтенант Лазарев Николай Николаевич, уроженец города Рязань в бою за Социалистическую Родину, верный воинской присяге, проявив геройство и мужество, был убит 20 мая 1943 г., похоронен 2 км. северо-западнее д. Покровка у Рощи». На сайте Обобщённого банка данных «Мемориал» он значится пропавшим без вести. А для нас, его потомков, он навсегда остался героем, пусть о его подвиге мы ничего не знаем.

Примечание. В местах цитирования оставлена авторская пунктуация.

Михаил Дьяченко,
фото из личного архива

Михаил Анатольевич ДЬЯЧЕНКО