Домодедово

Яндекс.Погода

четверг, 19 июля

сильный дождь+21 °C

Онлайн трансляция

Святая исповедница Фамарь: История грузинской княжны, ставшей монахиней

28 июня 2018 г., 17:31

Просмотры: 138


Отныне Серафимо-Знаменский скит становится не только единственным местом на домодедовской земле, где будут целиком храниться мощи новопрославленной святой, но и символом неразрывного духовного единства двух великих стран – России и Грузии

Роман ДЕНИСОВ / ДИАМО

ДОМОДЕДОВО, 28 июня 2018, ДОМОДЕДОВСКИЕ ВЕСТИ – 23 июня в Серафимо-Знаменском скиту села Битягово состоялась торжественная Божественная литургия и первый молебен, посвященные прославлению основательницы обители – схиигуменьи Фамари (Марджановой). Ее святые мощи, обретенные на Немецком кладбище города Москвы 15 июня, накануне были перенесены в монастырь.

В церковном торжестве у мощей святой приняли участие митрополит Крутицкий и Коломенский Ювеналий, шесть архиереев Русской и Грузинской православных церквей, монашествующие, все духовенство Домодедовского благочиния и множество паломников со всего Подмосковья, а также из православной Иверии, родины схиигуменьи Фамари, в миру – Тамары Александровны Марджанишвили.

Грузинская княжна, ставшая монахиней
Тамара Александровна Марджанишвили родилась 1 апреля 1868 года в селе Кварели, недалеко от Тифлиса, в дворянской семье, среди многочисленных братьев и сестер Тамара была старшей. Ее младший брат – знаменитый кинорежиссер Константин Марджанов, в честь которого названы улицы и театры, а также одна из станций Тбилисского метрополитена.

Тамара получила замечательное образование и готовилась к поступлению в Санкт-Петербургскую консерваторию, когда смерть родителей резко переменила ее жизнь. Религиозная с раннего детства, она становится монахиней Бодбийского монастыря, проведя там под духовным руководством игуменьи Ювеналии (Ловенецкой) 18 лет. Бодбийский монастырь святой равноапостольной Нины был главной женской обителью Грузии, а его игуменья – известным церковным деятелем конца XIX века. В монастыре бывали многие именитые иерархи и священники, а потому духовное возрастание юной монахини было замечено. После перевода игуменьи Ювеналии в 1902 году в Москву настоятельницей монастыря была назначена Тамара, которая к этому времени в монашестве стала носить имя Ювеналия. Так одну игуменью Ювеналию сменила другая игуменья Ювеналия.

Это время было неспокойным. Революционное брожение в Российской империи затронуло и православную Грузию. Под маской революционеров часто действовали откровенные бандиты, совершавшие вооруженные налеты на отделения банков, почтовые дилижансы и убивавшие царских чиновников. Не брезговали бандиты и нападениями на монастыри.

В 1905 году в подобную засаду попала карета молодой настоятельницы Бодбийской обители. Было выпущено 67 пуль, кучер, слуга и кондуктор погибли на месте. Да что там говорить, даже лошади были убиты. Подоспевший на выстрелы казачий патруль не чаял застать в живых никого. Но к удивлению казаков, матушка уцелела. Из изрешеченной пулями кареты она вышла невредимой. В руках у нее была икона преподобного Серафима Саровского.

Душа монаха требует молитвенной тишины. Монах призван один на один предстоять Богу в молитве, вере и любви. Но в многолюдной Бодбийской обители, где к 1907 году было уже более двухсот сестер и действовало несколько школ, типография и многочисленные подсобные службы, этой тишины не было. Не было ее и в суетливой Москве, куда матушку церковное начальство перевело на следующий год.

Неутомимая игуменья строит собор во имя преподобного Серафима Саровского для Покровской общины, ее часто видят в Марфо-Мариинской обители. Она знакома с отцом Иоанном Кронштадтским, великой княгиней Елизаветой Федоровной, будущим епископом Арсением (Жадановским), епископом Серафимом (Звездинским) и многими другими знаменитыми и духоносными светочами обеих столиц. Но чем больше она погружается в строительство и благотворительность, тем глубже становится ее жажда тихого монашеского делания, по образцу монашества древнего. Ну, не дело монаха – быть прорабом, в первую очередь монах призван к молитве!

Серафимо-Знаменский скит
Человек предполагает, а Бог располагает – гласит русская пословица. Пределом мечтаний матушки была тихая жизнь возле Серафимо-Дивеевского монастыря, который неразрывно связан с именем любимого ее святого – Серафима Саровского. Но дела Покровской общины позвали ее в село Битягово Добрятинской волости Подольского уезда. Там находился небольшой участок земли, которой принадлежал монастырю. А так как именно в этих местах должна была проходить ветка Павелецкой железной дороги, то надо было решить имущественные проблемы. Уединенный сосновый бор на берегу тихой реки Рожаи поразил матушку красотой и той тишиной, которую она так долго искала. Казалось, место самим Создателем создано для маленького монастыря! И тут начались чудеса.

Стоило только высказать вслух эту мысль, как сразу пошла цепь необъяснимых событий. Железнодорожная компания переносит место прокладки дороги на шесть километров к востоку. Проект горячо поддерживает великая княгиня Елизавета Федоровна Романова. Благотворители, едва заслышав о возможной закладке монастыря, сами приносят нужную сумму. Священный Синод Русской церкви дает благословение на строительство. Архитекторы Стяженский и Щусев в восторге от идеи воплотить в камне идею Небесного Иерусалима на подмосковной земле.

В 1910 году служится первый молебен на месте будущего строительства, а уже 29 сентября 1912 года в присутствии сонма священнослужителей, митрополита Московского и Коломенского Владимира (Богоявленского) и великой княгини Елизаветы Федоровны проходит чин великого освящения Серафимо-Знаменского скита. Монастырь получился изумительным по красоте, цельности, слиянию с природой и той молитвенной тишине, к которой так стремилась матушка. Кажется, что он совсем на небольшом клочке подмосковной земли объединил в себе лучшие черты Марфо-Мариинской обители и Серафимо-Дивеевского монастыря.

Главный храм, словно сошедший со страниц русских былин, был построен в честь иконы Матери Божьей «Знамение» и преподобного Серафима Саровского. Его подземная часть – нижний храм – была впервые в истории Подмосковья освящена в честь равноапостольной Нины, просветительницы Грузии. Белоснежные стены монастыря протянулись в каждую сторону на 33 сажени – по числу лет земной жизни Иисуса Христа. А 12 домиков-келий символизировали число апостолов Христовых. Сразу же в обители началась непрестанная молитва перед главной святыней – иконой Божьей Матери «Знамение». И очень скоро сбылась главная мечта матушки. Она приняла на себя великую схиму – предел монашеской аскетики, отречения от суеты мира и молитвенного подвига. С великой схимой ей было, по обычаю, даровано и новое имя – схиигуменья Фамарь. Жизнь матушки становилась житием.

2018 06 23 митрополит Крутицкий и Коломенский Ювеналий Серафимо-Знам скит Бож литургия фото Роман Денисов (16)_.jpg

Роман ДЕНИСОВ / ДИАМО

Голгофа
Серафимо-Знаменскому скиту как центру молитвы и тихого монашеского подвига было суждено существовать лишь 12 лет. Через пять лет после открытия бурные революционные события перевернули весь устоявшийся веками русский быт. Для пришедших к власти большевиков само существование христианской духовной жизни было идеологическим вызовом. Атеизм, по сути, стал новой государственной религией, которая не терпела конкуренции. Религиозность стала восприниматься как пережиток старого мира.

Маленькую Серафимо-Знаменскую обитель новые власти не трогали до 1924 года. Укрытая густым сосновым бором, она стала прибежищем для многих гонимых священнослужителей. Среди них были викарий Московской епархии епископ Дмитровский Серафим (Звездинский), наместник Чудова монастыря в Кремле епископ Арсений (Жадановский) и многие другие. Но вечно терпеть это советская власть не желала. В монастырь приехали вооруженные люди, монахинь выгнали, а духовенство арестовали. В 1931 году в Москве была арестована и матушка Фамарь.

До 1935 года она находилась в тюрьмах и ссылках, заработав в заключении острую форму туберкулеза. Заключение стало личной Голгофой матушки Фамари в ее пути следования за Христом.

Современники отмечали удивительное спокойствие гонимой игуменьи. Что бы ни случилось – она ровно и благожелательно относилась ко всем: от последних преступников до следователей и конвоиров. Все продуктовые посылки распределялись поровну среди заключенных. Она не выдала и не оговорила никого из тех лиц, с которыми общалась за долгие годы своего духовного пути. При этом матушка была абсолютно несгибаема в вере. Ничто не могло оторвать ее от молитвы. Отпустили матушку Фамарь только тогда, когда поняли, что она умирает. Именно такой – больной, немощной, но необыкновенно духовно сильной – матушка Фамарь была запечатлена на картине художника Павла Корина «Русь уходящая».

Скончалась она 23 июня 1936 года. Гробом ей послужил дубовый ящик для книг, а похоронили ее на Введенском (Немецком) кладбище Москвы, недалеко от могилы святого праведного Алексея Мечева. По воспоминаниям современников, над гробом как-то удивительно и пронзительно прозвучали слова из православного символа веры: «Чаю (жду с нетерпением) воскрешения мертвых и жизни будущего века!». Нет, смерть не властна над человеком, который соединен с воскресшим Христом. Бог – податель жизни, Он Сам – жизнь. А потому для матушки Фамари смерть стала лишь вхождением в эту божественную жизнь – жизнь вечную.

Церковное торжество
Церковь не «назначает» святых. Святые – наши сомолитвенники и предстатели к Богу, для которых рамки ограниченного земного времени перестали существовать. Святые принадлежат вечности, в которую только предстоит войти каждому христианину. А потому их опыт, пример и молитва бесценны для каждого. Именно такой святой, стойкой в вере, дерзновенной в надежде и исполненной любви является преподобноисповедница Фамарь (Марджанова).

23 июня в Серафимо-Знаменском ските состоялась Божественная литургия и первый молебен, обращенный к этой новой покровительнице Русской и Грузинской земли. В церковном торжестве у мощей святой приняли участие митрополит Крутицкий и Коломенский Ювеналий, епископ Никорцминдский Вахтанг, епископ Илиан (Востряков), епископ Видновский Тихон, епископ Серпуховский Роман, епископ Зарайский Константин, епископ Луховицкий Петр, секретарь Синодальной комиссии по канонизации святых, ректор Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета протоиерей Владимир Воробьев, секретарь Московского епархиального управления протоиерей Михаил Егоров, настоятель Георгиевского храма в Грузинах (г. Москва) протоиерей Феодор Кречетов, духовенство и монашествующие Домодедовского церковного округа.

2018 06 23 митрополит Крутицкий и Коломенский Ювеналий Серафимо-Знам скит Бож литургия фото Роман Денисов (2)_.jpg

Роман ДЕНИСОВ / ДИАМО

За богослужением молились настоятельница Серафимо-Знаменского скита игуменья Иннокентия (Попова), игуменьи монастырей Московской епархии, глава городского округа Домодедово Александр Двойных, советник губернатора Московской области Дмитрий Городецкий, депутат Московской областной Думы Олег Жолобов, председатель Совета депутатов г.о. Домодедово Леонид Ковалевский, прихожане обители и многочисленные русские и грузинские паломники. Торжество украсило пение монашеского женского хора Ново-Голутвина монастыря под управлением игуменьи Ксении (Зайцевой) и мужского хора Георгиевского храма в Грузинах.

Матушка Фамарь возвратилась в обитель, которую основала. Возвратилась, чтобы навсегда остаться здесь – рядом с нами. Возвратилась, чтобы здесь, у ее честных мощей, каждый мог вознести молитву о благополучии своего Отечества, о собственных горестях и нуждах своих близких. И православные христиане верят, что по предстательству матушки Фамари каждый из них по вере обязательно получит просимое!

Александр Ильинский,
Фото – Роман Денисов

Михаил Анатольевич ДЬЯЧЕНКО, Александр Сергеевич ИЛЬИНСКИЙ